«Политика началась с водопровода». Марина Белова – о коррупции, Ходорковском, Торжке и Новой Риге

Марина Белова – новый персонаж в тверской политике. На недавних выборах в Госдуму она баллотировалась с поддержкой «Открытой России». Вполне предсказуемо не прошла (как и все одномандатники не от «ЕР»), но заявляет, что намерена продолжать свои проекты – экономические и политические. Например, превратить родную деревушку Галки Торжокского района в образцовую швейцарскую деревню. В ноябре на конференции в Хельсинки Белову избрали в координационный совет «Открытой России», который возглавляет Михаил Ходорковский. «Караван+Я» встретился с Мариной Беловой, чтобы понять, зачем ей, успешной бизнесвумен, матери двоих сыновей, нужна политика, борьба, Ходорковский, Галки и все такое прочее.

«Бизнесом я занимаюсь с 5 лет»

Марина Белова гордо называет себя «деревенской», но вид имеет столичный: стильная прическа, модные очки, отточенная речь. Она действительно воспитывалась в Галках, училась в Торжке, потом уехала в Москву, где открыла свой бизнес – туристический, вскоре строительный. Изучала французский язык в Швейцарии, много путешествовала по миру, а сейчас возвращается к истокам: половину года проводит в родной деревне. Переломным моментом стало рождение в 39 лет второго сына, Матвея. Сейчас ему 5 лет, старшему сыну Дмитрию – 25. Он переехал в Галки и вместе с мамой работает над проектом развития деревни. В общем, не биография, а новогодний фейерверк.

– Вы часто даете интервью?

– Нет. Я имею негативный опыт, когда твои слова используют против тебя. Зато недавно я снималась в документальном фильме «Выбор» про активистов «Открытой России», была одним из героев. Несколько суток за мной почти безотрывно ходил оператор…

– Вы так просто впустили к себе жить съемочную группу?

– Да, позвонила в «Открытку», узнать, что за «лазутчики» приедут. Они сказали, все нормально, их можно пустить в дом. А это высшая рекомендация. Значит, наши люди, жучков не поставят.

– А что, людям Ходорковского часто ставят жучки?

– Нас часто атакуют. Могут остановить машину и «найти» там, например, экстремистскую литературу. У моего коллеги перед выборами был такой случай.

– А у вас?

– Меня только в спину толкали, открытых наездов не было. Например, перед выборами с «Почты России» пропало 100 тыс. экземпляров моей газеты. Наверное, кто-то сильно не хотел, чтобы люди в области обо мне узнали. А вообще, ездить по Тверской области я начала с апреля. Хотела своими глазами увидеть, что происходит. В конце апреля переехала в Торжокский район, занималась предвыборной кампанией.

– Расскажите про Галки. Это же красивый пиар: молодой политик живет в деревне, борется за социальную справедливость.

– На самом деле в Галках у бабушки с дедушкой я провела все детство, а училась в Торжке. Так что я деревенская на 100%. Главным моим воспитателем был дед Федор Кузьмич, уважаемый человек в колхозе. Я у него была единственная внучка, остальные внуки. Так и росла у дедушки на ладошке. В три года дед сделал мне грабельки, чтобы ворошить сено, – приучал к труду. За работу давал мне рубль, и я такая гордая была. «Бизнес» у меня начался с 5 лет. Тетя научила вязать, я открыла «ателье» – обвязывала кукол своих подружек. Деньгами были листья подорожника. Потом стала вязать в обмен на большие объемы подорожника и березовых почек, их сушила и сдавала в аптеку, уже за настоящие деньги. В торжокской школе я была секретарем комитета комсомола.

Мне с детства нравилось придумывать и воплощать в жизнь что-то новое. Я много чем занималась. За 6 лет работы в туроператорской компании объездила полмира. Мне предлагали переехать в Швейцарию, там живут мои близкие люди. Но я вернулась в Галки.

 

«Коррупция – это крокодилы»

– А на выборы вы как попали?

– Я с политикой впервые столкнулась, когда моему сыну Матюше было месяцев 7. Тогда ввели закон Димы Яковлева, запрещающий иностранное усыновление, в том числе детей с инвалидностью. И я поняла, в каком, в сущности, бесправном государстве мы живем, где множество детей в один миг потеряли шанс на выздоровление и достойную жизнь. То, что у меня самой маленький ребенок, эту боль и негодование усиливало. Я стала мыслить глобально: что делать, чтобы в стране не было брошенных детей.

– То есть вы изначально не искали легких путей?

– Так получилось. Эта тема меня сильно зацепила. Я написала целую программу с предложениями по защите материнства и детства. Мой старший сын был очень удивлен таким энтузиазмом и предложил: «Мам, если хочешь что-то изменить, вступай в ЕР». И он меня убедил. Меня свели с нужными людьми в Москве, я отправила им проект. Но они как-то сразу замяли эту тему. Потом знающие люди говорили: «Ты с ума сошла? Детдом, усыновление – для каждого третьего или четвертого чиновника это бизнес. А ты тут со своими бумажками». Я не знаю, стоит ли это писать…

– В общем, в «Единой России» вы разочаровались.

– Да, но тему не бросила. Я занимаюсь благотворительностью, объездила много детдомов. Но это капля в море, когда таких учреждений тысячи… Эту тему в 2015 году я пыталась решить через «Гражданскую платформу», ее вместо Прохорова уже возглавил Шайхутдинов. Меня хорошо приняли, я даже начала работать над некоторыми проектами.

– Теперь непонятно, при чем здесь Ходорковский…

– Он появился позже. Так совпало, что в период своих политических поисков я как раз воевала с торжокской районной властью по поводу водопровода…

– Еще один герой в вашей истории?

– Да, это очень важный герой. В Галках строили водопровод, но в траншее половины сметы не было. У меня же строительный бизнес, я видела, что монтаж делают неправильно. Колодец должен быть сухим, а у них нет гидроизоляции. Рабочие бетонные кольца вгоняют прямо в землю, без организации специальных подушек. Очень скоро колодец мог пропитаться влагой и разрушиться!

Я возмутилась и свои претензии изложила Наталье Лашиной, главе Торжокского района. Мы с ней ровесницы, вместе на дискотеку ходили. У Натальи была прекрасная мама, уважаемый в колхозе человек. Я надеялась, что дочка такая же. Привезла ей бумагу из серии «смотри, что у тебя под носом делается». А она начала прятаться. Меж тем коррупционный клубок пошел дальше. Стало ясно, что в распиле денег на водопровод замешана более высокая власть. Мы подняли информацию ППМИ (программы поддержки местных инициатив. – Прим. корр.) и выяснили, что тендер на прокладку водопровода в Кувшинове, Торжке, Осташкове и других районах выигрывала одна и та же фирма. Прижала к стенке сотрудницу отдела архитекторы, она предъявила официальную смету. Смета оказалась почти вдвое дороже той, которая была у рабочих…

В общем, я приехала с докладом о коррупции в «Гражданскую платформу», но там мой энтузиазм не поддержали: «Понимаете, коррупция – природное явление. Это как крокодилы. Никто их не любит, но истреблять нельзя, иначе будет нарушена фауна…»

В этой партии я себя тоже не нашла. А в декабре в СМИ начались несправедливые выпады в сторону Ходорковского. Тогда и увидела МБХ как реальную политическую силу. Его взгляды и принципы совпадали с моими.

– Ну вот и он.

– Да, после несправедливого заключения Ходорковский вернулся в семью, и я не понимала, зачем ему политика, у него есть все: замечательные жена и дети, дом в благополучной стране, возможности для успешного бизнеса. Но с этим водопроводом я прочувствовала, что им движет: несправедливость остается безнаказанной. От этого власть наглеет еще больше, а простые люди превращаются в рабов. Это я видела и в Галках. Власть так унизила нас на собрании по водопроводу! Мы для них были как стадо баранов. Один мужчина хотел возразить, а ему в ответ: «Ты вроде бы еще землю не оформил?»

Для каждого у них есть свой крючок. В итоге предложили или демонтировать водопровод ( «и больше денег не найдем»), или оставить как есть. И нашлись, кто подписал акт приемки… А через полгода полетел первый гидрант.

И я предприняла последнюю попытку что-то изменить вокруг себя: написала Михаилу Борисовичу просьбу взять меня в команду. Это был январь 2016-го. Кризис подмял под себя бизнес, у меня появилось время для общественной работы. В московском офисе «Открытой России» мне предложили пойти на выборы в ГД. А для начала прокатиться по области. Я прокатилась и уже не смогла уйти назад.

«Ходорковский меня не спонсировал»

– Жизнь тверской глубинки стала для вас откровением?

– Да, все-таки под Торжком не так страшно. Чем дальше в сторону Пено, Андреаполя, тем больше деревень-призраков: 30 домов, огромный клуб, но жилых два дома, остальное заросло борщевиком. Одна бабушка угостила меня щами из крапивы. Это вкусно, я помню с детства. Но оказалось, что из 30 дней 25 она ест эти щи. На большее пенсии не хватает. Да, Коля Романенко (волонтер, автор акции «Подари дрова») молодец, он довозит куда-то свои дрова, но помощь нужна повсеместно. Или в Кувшинове – по бумагам 4 педиатра, приезжаю, а там одна пожилая женщина-педиатр закрывает четыре ставки: она и районный, и городской, и на скорой…

Перед выборами мы работали сутками. Не было средств содержать полноценный штаб. У меня была команда три человека, которые заменяли 20. Говорили, что Ходорковский дал своим кандидатам по 8 миллионов. Неправда. Он отпустил нас в свободное плавание, за что я сейчас ему очень благодарна. Это был колоссальный опыт. Хотя сначала я впала в ступор: а как вообще это делать?..

– То есть он вообще не помогал?

– С его стороны была значительная поддержка – информационная, юридическая, организационная, консультационная. Изначально я вообще ни на что не рассчитывала. Но в районах меня хорошо поддерживали, я видела, что многие люди ждут перемен. В августе я поняла, что чудо может случиться. И оно бы случилось, если бы не фальсификации и вбросы в день выборов. А сто тысяч тиража газет, якобы потерянные на почте, – это моя боль. Ведь это были деньги не мои и не Ходорковского. Эти деньги собирали люди! Первым поступлением на мой депутатский счет были 100 рублей от дедушки 1947 года рождения, из деревни Калининского района. Значит, он разобрался в ситуации, специально съездил на почту. Я даже заплакала тогда: меня понимают!

– А как отнеслись соседи по деревне к вашей бурной деятельности?

– Для них я всегда была и остаюсь Марусей. Конечно, любые новые идеи жители провинции воспринимают скептически. Но мы будем идти до конца. Сейчас делаем в Галках проект «Ренессанс по-русски», который со временем преобразит территорию, создаст инфраструктуру, приведет в деревню бизнес.

– Я думала, после выборов вы забросите проект.

– Нет, моя цель не сделать новую деревню, а изменить менталитет жителей, научить их зарабатывать деньги. После короткого периода жизни в Швейцарии я вернулась психологическим инвалидом: ну почему у нас все так плохо? Но я верю, что это можно изменить. Престижный московский район Новая Рига еще лет 15 назад был Торжком. Но цивилизация была рядом: молодежь уезжала учиться, а затем меняла свой дом. Если сейчас поменять местами жителей Торжка и Новой Риги, то через пару лет наша глубинка преобразится. Москвичи снимут перчатки и будут работать, они придумают бизнес, потому что привыкли к комфорту и высокому качеству жизни. И определяющее здесь – менталитет.

В деревне много плюсов. Так здорово выходить не из ванной, а из бани и по пути съесть яблоко. Но я не могу там жить постоянно. Мне некомфортно. Я не хочу после пробежки пять минут отмывать кеды от грязи. Если я в Москве ночью вызываю ребенку скорую, они приедут за 5 минут и, пока не собьют температуру, не уедут. А потом звонят и проверяют. Я хочу, чтобы в Галки пришла цивилизация, точнее, чтоб она пришла во все российские «Галки» – действуя локально, мы не спасем страну.

– Звучит как большая фантазия…

– Мы посчитали: чтобы изменить одну деревню, нужен год. Но это если делать общими силами. А пока в моей команде я, сын, моя подруга и ее сын и еще несколько активистов. Проект поддерживает глава администрации нашего поселения, куда входят 15 деревень. Наша цель – создать комфортную среду обитания. Что сделано своими руками, не испортят. Детская площадка, зона отдыха, клумбы, живые изгороди…

Мы за лето вывезли из деревни 40 машин мусора. Хотели сжечь сухостой и остатки разрушенных домов на заброшенных полях, принадлежащих правительству области – но даже в правительстве области не смогли сказать, как это сделать. В поле сжечь нельзя – они вроде как считаются сельхозугодьями, даже заброшенные. На свалке – стоит более 150 тыс. рублей с вывозом. Осенью мы сделали праздник в деревне, который все две недели обсуждали. В общем, люди поддерживают идею, но сами изначально ничего делать не хотели.

На «Одноклассниках» меня обсуждают: вот еще одна во власть собралась, все денег мало. Хотя они знают меня с пеленок! Конечно, это горько, но я не обижаюсь. Продолжаю работать. Понимание и желание придут к людям со временем. Слишком долго их обманывали, чтобы они сразу поверили даже своей односельчанке. Проект распланирован так, чтобы опыт одной деревни можно было переносить на другие. В каждой деревне можно найти Марину Белову. Лишь бы власть не мешала, не выдумывала бумажки и не динамила со временем.

***

Зимой Марина живет в Москве, но продолжает колесить по провинции. Как член совета «Открытой России» она координирует 14 областей ЦФО: Тверскую, Ярославскую, Рязанскую и т.д. Занимается и своей темой – зашитой материнства и детства.

Белова показывает мне бумаги, как «Открытая Россия» будет действовать «до падения режима» и после его падения. В том, что режим падет сам, никто из них не сомневается.

– МБХ предполагает, что до 2024 года это произойдет. Он говорит не о революции, а о глобальных политических изменениях.

После нашей встречи, которая закончилась в 9 вечера, Белова мчится покупать ребенку шапку, потом в деревню, а завтра на фотосессию для журнала, а потом в Москву.

За время трехчасовой беседы я так и не поняла ее мотивацию, но поняла одно: ей это точно нравится.

Любовь Кукушкина

 

 

Недавно Марина прислала сообщение «ВКонтакте»:

– У меня новости. Я назначена руководителем Центра содействия защите материнства, отцовства и детства «Открытой России». Центр организован по моей инициативе. В каждом регионе планируется открыть региональный центр, где мамочкам, папочкам и детям будет оказываться бесплатная консультационная помощь юристов, психологов, педагогов. Особые дела будем вести или контролировать. Первый региональный центр заработает в Твери 15 января.

Нашли опечатку? Выделите и нажмите Ctrl+Enter.

Источник: «Караван+Я»

Мы: ВКонтакте, Twitter, Facebook, Livejournal