#Нравится, поделиться, решетка. Жителя Твери Андрея Бубеева судят за репост в соцсети

10 марта в Твери состоялось заседание суда по делу Андрея Бубеева, который неудачно сделал репост на своей странице «ВКонтакте» статьи Бориса Стомахина «Крым – это Украина» и изображения тюбика зубной пасты с надписью «Выдави из себя Россию». Бубеев обвиняется в совершении призывов к экстремистской деятельности, в том числе способствующей нарушению территориальной целостности РФ, по статьям 280 и 280.1. Ему грозит до 5 лет.

Это дело – один из первых звонков, обозначающих внимание правоохранительных органов к публикациям в социальных сетях, поэтому оно получило такой большой общественный резонанс. Человек несет уголовную ответственность даже не за высказывания, а за репост чужого материала на своей странице «ВКонтакте». Репост, по утверждению обвиняемого, был сделан не для широкого распространения (у Андрея в соцсети 12 друзей), а себе на заметку.

На заседание суда собирался приехать канал «Дождь» – он даже получил разрешение суда присутствовать на процессе, только без права снимать на камеру и фотографировать… В общем, «садитесь, пожалуйста, только придется постоять». Но в любом случае «Дождь» в этот раз не смог приехать (их сюжет про Андрея Бубеева, сделанный еще до суда, стал популярным). Из СМИ был только «Караван» (см. также материал «Тюрьма за репост» от 02.03.2016).

 

Интересная компания

Общественники не подкачали – присутствовали председатель тверского отделения правозащитной организации «Мемориал» Валентина Шарипова и бритый молодой человек с бородкой – узник Болотной Владимир Акименков. В перерыве он разговаривал по телефону с другом,  кажется, осужденным за поджог отделения УФСБ (успокойтесь, не в Тверской области). Якобы именно этой акцией вдохновился художник Петр Павленский и попытался ее повторить, наполнив новым смыслом, но ничего не понимающие в искусстве оперативники его задержали, и сейчас Павленский объясняет свой эстетический замысел в суде.

Сотрудники УФСБ по Тверской области, кстати, тоже присутствовали на суде – в качестве свидетелей обвинения. Они с трудом припоминали некоторые детали дела, поскольку с тех пор прошло больше года. Да и такие дела, очевидно, у них поставлены на поток.

Анастасии Бубеевой, супруге осужденного и матери маленького сына, вся эта ситуация как ножом по сердцу.

– Вам нельзя общаться! Перестаньте общаться жестами, иначе выведу всех отсюда! – так сотрудник полиции обратился к Анастасии, увидевшей мужа в стеклянной камере в зале суда и помахавшей ему рукой. Андрей между тем поздоровался с женой кивком головы и вообще вел себя уважительно по отношению к суду и полиции.

Супруги не виделись несколько месяцев: Анастасия была привлечена в качестве свидетеля и вынуждена была ограничить общение с мужем. Да и куда еще больше ограничивать, когда он почти год сидит в  СИЗО.

– Мой супруг – самый надежный и ответственный человек, которого я знаю, – так Анастасия охарактеризовала Андрея на допросе в суде. – После его ареста я испытала большой эмоциональный стресс и сейчас наблюдаюсь у психотерапевта. Сын и дочка Андрея постоянно спрашивают, где папа. У сына проблема с глазом, я не могу его устроить в садик, во-первых, из-за нехватки мест, во-вторых, из-за его состояния здоровья. Денег едва хватает на оплату коммунальных услуг, выживаем благодаря маме, которая работает врачом. Наша жизнь – это растянутая во времени гибель.

 

Мода на уголовные дела

Суд перенес дело на 6 апреля, поскольку не все свидетели смогли присутствовать на заседании.  «Караван» взял интервью у известного адвоката Светланы Сидоркиной, которая защищает Андрея Бубеева.

– Светлана, в суде вы заявили два ходатайства, но суд их отклонил. Можете изложить их суть и значимость на простом языке?

– За один перепост статьи Бориса Стомахина «Крым – это Украина» Андрею инкриминируют аж две статьи – 280 (Публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности) и 280.1 (Публичные призывы к осуществлению действий, направленных на нарушение территориальной целостности РФ). При этом и по одной статье, и по другой приводятся одни и те же доводы, мы не видим конкретики.

– То есть было бы логичнее, если бы выбрали какую-то одну из этих статей?

– Да, это нарушение нормы теории права. Кроме того, в обвинительном заключении есть ссылка на лингвистическую экспертизу, в которой автор делает вывод о наличии в тексте призыва к экстремистским действиям в отношении социальной группы, а это уже совершенно другая статья – 282, а судят Андрея по 280-й. Нарушен порядок составления обвинительного заключения.  Там должно быть конкретно указано время совершения преступления, а там сказано «не позднее 30 декабря 2014 года», в то время как дата репоста определяется совершенно легко – нужно только посмотреть. Также должно быть конкретно указано место совершения преступления – в данном случае это не физический адрес, а электронный, но в двух местах он написан по-разному, там разные цифры.  Устранить эти противоречия в ходе суда невозможно, поэтому я заявила ходатайство о направлении обвинительного заключения в прокуратуру на доработку. Суд отказал. Вместе с тем для нас это было важно, потому что мы собираемся обращаться в Европейский суд по правам человека: на мой взгляд, есть признаки того, что нарушена свобода мнения.

–   Андрея обвиняют в призыве к экстремизму, но ведь он сам не выражал такого призыва, а просто сделал репост материала, в котором, возможно, этот призыв содержался…

– Эта норма права не урегулирована в законодательстве. Я была адвокатом Бориса Стомахина, и его обвиняли в том же, что и Андрея сейчас. То есть Стомахин сам написал статью и разместил у себя на странице, а Андрей ее просто репостнул. Деяния разные, а мера наказания одинаковая. И самое страшное то, что на месте Андрея может оказаться любой человек, который постит материалы для себя, собирая «в копилку» разные мнения людей.

– Андрей уже почти отбыл наказание по 282-й статье за репосты, сделанные в 2014 году, а сейчас его судят за другие репосты, но сделанные в тот же период…

– На мой взгляд, все это разбили на несколько уголовных дел специально, чтобы продлить срок. Причем на первом суде Андрей по совету государственного адвоката признал свою вину, поскольку это облегчало наказание и он не знал, что готовится что-то  еще. А сейчас тот приговор будет учитываться, и явно не в пользу Андрея.

– Так, получается, можно еще вытащить какой-нибудь репост из запасника, и завести третье дело…

– Да, теоретически так можно делать бесконечно.

– Впишите эту историю в контекст по России. Такие уголовные дела – это тренд?

– Да, особенно по регионам. Аналогичные случаи в Екатеринбурге, Нижнем Новгороде, Челябинске…  Это опасная тенденция, которая расползается по всей России. В советской терминологии я бы назвала это перегибами на местах. Регионы подхватили тенденции, которые зародились в Москве, и сейчас наверстывают упущенное, очевидно пытаясь оправдаться перед руководством.

– Скажите, случайно ли это дело связано с отношением к событиям на Украине или это опять же тенденция?

– В основном такие дела связаны с высказыванием своего мнения относительно российско-украинского конфликта. Так могут рождаться уголовные дела об экстремизме, терроризме, шпионаже.

Дмитрий Кочетков

Нашли опечатку? Выделите и нажмите Ctrl+Enter.

Источник: «Караван+Я»

Мы: ВКонтакте, Twitter, Facebook, Livejournal